Происхождение домашних животных

Размеры их обычно меньшие, чем у подавляющего большинства волков. Питаются они в основном мелкими зверями и птицами. Крупных животных они поедают либо в виде трупов, или совсем обессиленными. Нападают на детенышей разных зверей. Охотятся они из-за засады, быстрыми прыжками или броском.
Распространены шакалы по Южной Азии от Бирмы на востоке и до Малой Азии на западе. Северная граница их ареала проходит по южному склону Гималайских гор и к югу от Памира. Встречаются они в южных частях Туркмении, по Аму-Дарье; Закаспию и в разных местах на Кавказе.
В Европе шакалы водятся на Балканском полуострове и доходят до южной части Венгрии. Все указанные районы заняты одним видом — золотистым шакалом Canis (Thos) aureus Oken. Штуцером, H. А. Смирновым и другими авторами выяснены его краниологические особенности, которые могут быть сравнены с таковыми у волков. Эти особенности, прежде всего, относятся к характеру зубной аркады. Она состоит у золотистых шакалов из мелких зубов, расположенных не сомкнуто. Кроме того, зубы у основания имеют пояски (gyngulum). Клыки тонкие и высокие. Плотоядные зубы (dentes sectorii) меньше по длине, чем сумма длины двух задних коренных в верхней челюсти. Индексы промеров черепа показывают, что морда у азиатских золотистых шакалов длиннее в основной части. Кроме того, Адлерберг показал, что у золотистых шакалов расстояние височного сужения от поперечной плоскости^ проходящей через надглазничные отростки, относительно меньше,,, чем у волков.
Па севере и северо-востоке Африки распространены другие виды шакалов. К ним относится менгезиева — мелкий шакал (С. Thos-menhesi Noak).
Это — самая крупная форма, напоминающая европейскую овчарку, додерлейнов — (Thos) doederleini Hilzh. Основная длина черепов колеблется между 178—187 мм.
Далее — Canis (Thos) anthus Cuv. — грациозный сенегальский шакал.
В неволе волчьи шакалы ведут себя, как и другие дикие Cani-dae, особенно сходные с настоящими волками. Сначала они пугливы и легко раздражимы. Привыкая, идут на зов и позволяют себя ласкать. Их вой подобен вою их диких родичей; но голос слышится редко.
Беременность длится 63 дня. Щенки имеют нежную шерстку. При нормальном питании быстро растут.
Волчьи шакалы, как и все их африканские «виды», изменчивы по размерам, по стройности и по массивности черепа.
Мы остановились подробно на волчьем шакале, как на одном из предполагаемых родичей домашних собак. С этой же стороны представляют интерес и другие, близкие к нему — серые шакалы. Ан-тониус, исходя из работ Штудера и Хильцгеймера, различает среди них четыре типа. Один из них, с несколькими местными расами, распространен в южной части Северной Африки, на север до Нубии и в Абиссинии; это стройный шакал (variegatus) и широкоголовый (riparius).
Второй тип — обитает в Сенегамбии.
Третий тип серого шакала, богатый вариациями, обитает в Северной Африке.
Четвертый тип— собаки Додерлейна. Антониус описал еще черепа другой североафриканской формы — С. Thos studeri, однако он считает, что черепа этой формы являются скорее измененными неволей черепами волчьего шакала. Они были взяты ез зоопарка.
Волко-шакал Додерлейна — животное светло-желто-серой окраски с довольно короткой мордой, на высоких ногах. Он резко отличается от соседнего, сирийского волка, с которым все же иногда дает гибридов.
Северная и особенно Северно-Восточная Африка, как видим, богата разными дикими формами подрода Canis Thos. Однако, они не имеют столь резко выраженных чисто шакальих признаков, какие имеют евразийские золотистые шакалы (Canis (Thos) aureus). Некоторые из них, особенно же волчий шакал и волко-шакал Додерлейна, отличаются смешанными признаками волков и шакалов. При этом все эти «северные шакалы» очень изменчивы, плодовито скрещиваются и поэтому разным авторам с трудом удается наметить у них географические расы или подвиды. Наличие, переходных признаков сильно затрудняет их таксономическую оценку.
Если у нас мало сомнения в исходном материале для одомашнения серых волко-шакалов Африки, то роль золотистого азиатского шакала, как предка домашних собак, загадочна. Долгое время сушествовали представления, что мелкие птицеобразные собаки, по крайней мере, торфяниковые шпицы Европы произошли от золотистых шакалов, а крупные — от волков. Но после исследований Штудера (1880—1907) представление о том, что золотистый шакал был предком шпицев, отпало, так как характерных шакальих признаков ни в черепе, ни в зубах этих собак не обнаружено.
Однако и до сих пор мысль об участии золотистого шакала не была окончательно оставлена.
По поводу генетической связи собак и шакала приведем интересное описание некоторых черепов собак, сделанное А. А. Брау-нером (1940). В 1915—1917 гг. он получил 16 черепов собак из глухих марийских поселений Кировской области (б. Вятской губернии). В трех черепах автор нашел сходство с черепами описанных нами серых шакалов. Они отличались лишь несколько большей шириною морды и всего черепа, что являлось следствием доместикации. Другие черепа он сравнил с черепами золотистого шакала. Большая часть промеров оказалась у них одинаковой. Браунер писал, что «морфологические признаки, отличающие череп шакала от черепа волка и собаки, оказались у марийских дворняжек». Особенно сходно построение слуховых барабанов, носовых отростков, лобных и межчелюстных костей. Профиль — прямой с едва заметной выемкой ниже надглазничного отверстия. Ободки (cyngulum) на первых верхних молярах выражены, как у шакалов. Зубы мелкие. ' Браунер считал, что эти собаки представляют собою сохранившиеся реликты групп, свойственных Южной Азии. Марийские собаки стоят близко к лайкам.
Не раз в литературе отмечалось наличие у домашних собак двух различных типов. Одни из авторов связывали этот факт с двойственным происхождением собак — от волков и от шакалов, а другие, устанавливая эти типы, не говорили прямо о наличии двух разных родичей — предков, а лишь констатировали самый факт.
Н. Л. Смирнов (1936) находил улайкообразных собак эти два типа — волчий и шакалий. Они обнаруживаются несмотря на сильные доместикационные изменения у зверовых лаек, особенно в укорочении морды (шпица).
У шакалообразных собак Смирнов обнаружил параллельную изменчивость — укорочение морды и некоторое увеличение ширины ее. Но характерная для шакалов узость черепа в клыках сохранилась. И даже применяя индекс Адлерберга, приходится признать справедливым мнение Смирнова.
Подобные исследования большого числа черепов собак разных пород позволили Шеме (1922) более или менее ясно выделить тип охотничьих собак (decumanidens) и тип овчарок (vellridens). Эти оба типа черепа свойственны домашним собакам, волкам и их гибридам, а у шакалов они не обнаружены. Исходя из этого, автор исключает шакалов из предков каких-либо групп домашних собак.
Характерными для первого типа (decumanidens) являются длинные теменные кости, короткие лобные и короткие верхнечелюстные.
Гомологичные кости у второго типа (veltridens) имеют противоположные отношения. Слабость этой классификации заключается в том, что подавляющее большинство особей в разных породах имеют смешанное соотношение указанных костей.
Заслугою Шеме является то, что он современные расы собак постарался привести в соответствие с доисторическими основными формами, о чем у нас будет речь в связи с классификацией пород домашних собак.
В то время как происхождение египетских пород собак от североафриканских шакало-волков нам кажется ясным, много сложнее оказывается вопрос о происхождении собак южноазиатских пород.
Ареал волков ограничивается Индостаном, где обитает свой подвид некрупного волка (Canis Canis lupus pal-lipes). Основная длина его черепа, по Браунеру, 195—208 мм.
В свое время К. Келлер и другие авторы производили от него крупных индийских собак, типа европейского мастиффа. Об этих собаках говорится в греческих произведениях, относящихся к классическому времени.
Что же касается Индо-Китая и Индонезии, то мы не знаем пока, какие формы диких собак имелись в тех краях в каменном веке. Некоторые вехи мы получаем при рассмотрении собак-париев, со-бак-баттаков и австралийского динго. На важное значение париев в вопросах происхождения домашних собак особенно настоятельно указывает Антониус (1922). Он, в свою очередь, опирается на большие исследования Штудера (1907) о доисторических собаках; при этом оба автора подчеркивали сходство черепов собак-париев с динго, а строение черепа динго с черепом ископаемой собаки Европы, названной собакой Путятина (С. С. fam. putiatini).
Штудер разделил домашних собак на две группы — южных и северных. Прототипом южных являются динго, парии и борзые. Северные заключают основную массу пород собак, особенно собак Европы.
В основном деление Штудера поддержал Штребель, принявший деление собак тоже, на две группы — «палеарктических» (Европа, Северная, Центральная и Восточная Азия) и «южных» (Южная Азия, Зондские острова, Австралия, Африка). При этом он допускал возможность происхождения домашних собак от волков и «может быть» от шакалов.
До тех пор, пока не будут ясны картины жизни верхнепалеолитических и мезолитических народов Юго-Восточной Азии, — решить вопрос о происхождении древнейших собак этих краев невозможно.

Декоративными птицами безусловно является большая часть пород голубей. Вряд ли не радуют взор стаи белоснежных или разнообразно окрашенных форм. Гонка голубей, устройство голубятен, кормление и уход за птицами доставляет радость и заполняет досуг. Если же этому спорту соответствует научное разведение и создание новых отродий, то помимо забавы это способствует развитию творчества и интереса к постановке важной племенной работы в области животноводства. К декоративным птицам, кроме ряда пород голубей и немногих пород кур, можно отнести канареек, павлинов, лебедей, мандариновых уток, страусов.
Канарейки — маленькие птички, величиной с воробья, ценятся за мелодичное пение. Из прирученных птиц они превращены почти в домашних, на них лежит печать труда человека, но они не имеют хозяйственной пользы. Из диких канареек выведено несколько пород: бельгийские, лондонские, скотч-фенси, желтая, норвическая, хохлатая и др. Все они отличаются окраской и рисунком, хохолками, курчавостью и размером перьев. Канарейки свободно размножаются в неволе, а выпущенные на свободу обычно гиб-нуг.
Диким прародителем их является канарейка (Serinus canarius), обитающая на Канарских островах, на Мадере, о-ве Св. Елены и в Северо-Западной Африке. В то время как большая часть одомашненных канареек окрашена в желтый цвет, дикие окрашены разнообразнее и красивее.
У самцов перья спинки окрашены в зеленый цвет с черными черточками, верхняя часть головы, горло и подхвостье желто-зеленые, а брюхо — белое. Самки окрашены бледнее. Канарейки в Европу были завезены испанцами после завоевания ими Канарских островов в 1478 г. и с тех пор распространены по всем государствам Европы.
Павлины, отличающиеся исключительно красивым опере- нием самцов в брачном наряде, родом из Индии. В южной части этой страны и на Цейлоне обитают вполне дикие птицы (Pavo crista-tus). Дикие павлины живут стаями по 30—40 особей в высокотравных зарослях, но выходят и на лужайки. Летают тяжело, но бегают быстро. Откладывают около 9 яиц и высиживают их около четырех недель.
Прирученные павлины мало отличаются от диких и то только окраской перьев в направлении их побеления, вплоть до появления совсем белых особей. О том, что павлинов разводили еще в античном мире, есть свидетельства из библии. Знал их Александр Македонский, побывавший в Индии. Через мореплавателей — вероятно финикиян или греков они попали еще в V в. до н. э. в Грецию, где стали предметом культа. Позднее павлинов разводили в Римском государстве на островах. Римляне посвящали павлинов богине Юноне, но наряду с этим употребляли их в пищу. Из Рима через Альпы павлины попали в Западную Европу. При раскопках римско-гельветской колонии Виндонисса были обнаружены глиняные лампы с нарисованными на них павлинами. В средневековых государствах Западной Европы мясо павлинов также ели на пир ах хотя следует сказать, что оно вовсе не отличается хорошим вкусом.
В настоящее время павлины в пищу не употребляются; их, пэ-ви-димому, с успехом заменили индейки. Павлины являются лишь украшением зоопарков и парков, их замечательные перья служат оригиналами рисунков эмблем и украшений, особенно в странах Южной Азии.
Страусы — относятся к бескилевым, бегающим птицам. Они водятся в Африке, Южной Америке, Австралии. Африканские страусы (Struthio camelus) — самые крупные из современных птиц, достигают 90 кг веса 275 см высоты. Распространены в пустынно-степных областях. Бегают быстро, не летают, крылья маленькие. Встречаются небольшими группами. Обычно моногамны. Откладывают 10—15 яиц, весом 1,4 кг. Насиживают их оба родителя в течение 40 дней. Вылупляются детеныши зрячими и покрытыми пухом. Созревают на третьем году.
Страусов давно приручают и разводят африканские народы; позднее стали разводить этих птиц французы. К. Келлер видел в конце XIX в. стада страусов, пасущихся вместе с домашним скотом. Ценят этих птиц за очень красивые перья, за мясо, яйца.
Легко поддаются приручению американские страусы нанду и австралийские эму, имеющие малоценное оперение.

Диких гусей насчитывают до 12 видов. Большинство из них — северные птицы, гнездящиеся в тундре. Более южным видом, т. е. птицей, живущей в умеренном климате, является лишь серый гусь Anser cinereus, или иначе, Anser anser, имеющий серое узорчатое оперение и красный клюв (рис. 289). Он распространен по всей Европе. В Восточной Сибири и в Китае обитает другой род гусей — сухонос (Cygncpsis cygnoides), отличающийся более крупными размерами, иной окраской и черным клювом. Эти-то два вида гусей и стоят ближе всех других к домашним.
Все дикие гуси — птицы перелетные. Гнездятся они в малонаселенных местах вблизи водоемов, болот и сырых лугов, но они являются скорее сухопутными, чем водными птицами. Это видно из того, что они гнездятся на земле, а водоемы нужны им для питья, линьки и лишь иногда для отдыха. Плавают они хорошо, но ныряют плохо.
Гнезда строят и самки и самцы, но высиживают яйца только самки, самец же в это время находится вблизи гнезда. Количество откладываемых яиц 4—6, редко больше. Насиживают их 20— 25 дней. Птенцы через сутки оставляют гнездо и уходят с матерью, Кормятся на сырых лугах листьями, стеблями, корнями и семенами различных растений.
В период линьки гуси собираются стаями в сотни, а иногда и в тысячи особей. Благодаря одновременному выпадению маховых перьев гуси лишены во время линьки способности к полету и стремятся в это время уйти в самые глухие места — на озера с топкими берегами, на острова, в глухие заливы.
З'имуют гуси на берегах Каспийского моря, в Южной Европе и в Азии.
Отличия сибирско-китайского дикого гуся — сухоноса От серого заключаются в ряде признаков, позволяющих видеть в них
2 разных рода. Однако безусловно плодовитое скрещивание домашних гусей этих родов говорит об их очень близком родстве.
Домашние гуси в результате доместикации приобрели много признаков, отличающих их от диких родичей (рис. 290). Они стали более грузными, потеряли способность к полету. Угасли инстинкты к перелетам. Окраска их и оперение стали гораздо разнообразнее, появилось много белых особей, чего нет у диких. У некоторых пород, особенно близких к сухо-носам, образовались на лбу у основания клюва шишки, частью покрытые роговой кожей . У этих и у других пород
возникли складки кожи, свисающие у горла (кошельки). Несколько утратили гуси свою моногамию, увеличили число откладываемых яиц и сроки откладки, и, конечно, сильно изменили свое поведение по отношению к человеку и его поселениям. Точно указать время и места самых ранних процессов одомашнения пока нет возможности. В виду сравнительно легкой при-ручаемости диких гусей и их большому распространению следует допустить много очагов их одомашнения. Ранее всего этот процесс начался очевидно в местах мощных древнейших культур. Так о домашних или, вернее, полудомашних (рис. 292) гусях известно из древнего Египта. Наряду с другими птицами часто изображался африканский гусь, принадлежащий к иному роду (Chenalo-рех agypticus). Этот вид гусей обитает почти во всей Африке за исключением ее западной части.
К- Келлер, изучавший этого гуся в Африке, оставил такое описание: «Голова у него довольно велика; высокий лоб и короткий клюв; довольно тонкая шея; тело стройное с сильно выгнутой грудью; ноги высокие. Длина около 70 см. Окраска его очень изящная и довольно сложная. Голова и шея желтовато-белые с пятнышками и с коричневой полосой посередине шеи. Нижняя часть тела светло-желтая с нежным волнистым, черного цвета, рисунком; в середине груди — коричневое пятно; верхняя часть тела зеленая и черная; крылья белые, на концах черные с металлическим блеском»1. Африканские гуси не только хорошо плавают, но и ныряют.
Уже в одомашненном состоянии они часто изображались в стенной живописи гробниц. На некоторых изображениях показано, например, как крестьяне несут гусей на рынок, как их откармливают червями и как жарят на вертеле . Гуси были главным объектом птицеводства в Египте. Есть рисунки со стадами гусей, а на некоторых изображались корзины, полные этой птицы. Однако теперь ни в Египте, ни в других местах Африки этих гусей почти не разводят.
Завозились африканские гуси в диком состоянии и в Европу. Так, известно, что с 1819 г. Ж. Сент-Илер во Франции занялся новым приручением этих птиц и получил хорошие результаты. Выведенные особи были крупнее диких. Удалось сместить и время размножения с декабря — января на март — апрель.
Наиболее древние сведения о домашних гусях в Европе относятся к последнему тысячелетию до н. э., о чем известно из произведений Гомера. Далее, известно, что в древнем Риме держали гусей в Капитолии, как священную птицу, посвященную богине Юноне. Существует предание, что однажды, при нападении врагов на Рим, гуси первые услышали их приближение и подняли крик и шум. Воины римские проснулись и отбили нападение. Это предание явилось темой известной басни Крылова.
В настоящее время наиболее известными породами являются эмденские белые гуси, с низко поставленным телом, крупные белые померанские, тяжелые серые тулузские и др. В СССР большой продуктивностью отличается выведенная у нас холмогорская порода. Живой вес гусаков 8—10 кг, гусынь — 7—8 кг. Они откладывают по 25—30 яиц, а отдельные гусыни до 62 яиц. Арзамасская порода отличается большой выносливостью. Разводят также породы тульскую, шадринскую, лысую псковскую. В Китае выведена китайская порода гусей. Распространена она во всех частях света. Характерна большой подвижностью. На голове большие шишки. Делится порода на отродья — серые, белые, крупные кошельковые, т. е. со складками кожи под горлом. Вес гусаков достигает 8 кг, а гусынь —7 кг. Серые бескошельковые гуси, похожие на лебедей, откладывают 60—80 и более яиц. В СССР преобладает смешанный тип китайских гусей.
Опыты приручения серых гусей и скрещивания с ними домашних производились не раз. Выяснена возможность приручения птенцов серого гуся и получения от скрещивания с домашними плодовитого потомства.

Миндорский буйвол — тамарао выше и короче аноа. Рога изгибаются и спереди имеют валики, чем они и напоминают рога арни. Окраска довольно редких волос черная с коричневым оттенком.
Спинные волосы также направлены вперед. Серо-белые отметины находятся на внутренней стороне глаз, на нижней челюсти, на груди и других местах. Этот вид одомашнен, но не вышел за границы Филиппин. Систематически тамарао стоит ближе к арни, чем к аноа.
Африканские буйволы в настоящее время в системе Bovinae выделены от азиатских в род Syncerus — сростнорогих. Но еще недавно в крупных руководствах эти буйволы выделялись лишь в особый вид — Bubal us caffer Sparm, с рядом подвидов.
Стоит лишь посмотреть на рисунки африканских буйволов, чтобы признать их общее сходство с азиатскими. Однако, чем больше их изучают, тем больше отмечается различий, что и позволило палеонтологам показать, что род Syncerus филогенетически обособился от азиатских буйволов давно, не раньше среднего миоцена. Конечно, было бы ценно испытать степень родства тех и других буйволов путем скрещивания, но, насколько нам известно, таких опытов не производили.
Что же касается морфологических различий, то особенно хорошо они известны для черепа. Одним из признаков, как уже указывалось, является сближенность на лбу роговых чехлов у африканских форм. Далее, у Syncerus отмечают укороченность лицевой части черепа, менее сдвинутые назад хоаны, к тому же не разделенные сошником до нёбных костей, массивность костных роговых отростков, имеющих полость только у основания, иную форму (гомоним-ную) изгиба рогов и некоторые другие признаки.
Замечательным является для африканских буйволов большое разнообразие их форм. Выделяются крупные темные S. caffer и мелкие, почти карликовые красные S. nanus. В обоих видах имеются разные расы (brachyceros, simpsoni, cottoni, aeginoctialis, rua-hensis, schillings!, azrakensis). Однако теперь они почти исчезли.
Казалось бы,- что среди такого разнообразия форм можно было найти подходящие для одомашнения, но этого не произошло. Весьма возможно, что, несмотря на древнее приручение, они не ужились в долине Нила, так как условия их дикого обитания и условия Египта оказались слишком различными.
Африканские буйволы заселяют многие пригодные для обитания места Африки к югу от Сахары. Их ареалы находятся во влажных тропических лесах бассейна Конго, в обширнейших саваннах, включая и Южную Африку, и даже в полупустынях Эфиопии и Капланда.
Каффрский буйвол — обитатель саван и степей, а карликовый — тропических лесов.
Оба вида имеют свои ярко выраженные экологические признаки, касающиеся, в частности, строения зубов, особенно четвертого предкоренного в нижней челюсти.
Из внешних признаков отметим шерстный покров. Каффрские буйволы имеют черную окраску шерсти, но у взрослых форм шерстный покров сохраняется лишь на голове, ногах и на конце хвоста. Телята же рождаются с полным шерстным покровом. Высота этого буйзола в холке достигает 1,8 м.
Карликовый буйвол — красный, с черными и оранжевыми отметинами, имеет высоту около 1,5 м.
Из только что сказанного видно, что у африканских буйволов, как у взрослых форм, так и у молодняка, преобладают две окраски— черная и красная. Молодняк африканских антилоп также в большинстве случаев окрашен в красно-коричневый цвет, — факт, подтверждающий мнение о том, что красная окраска скота более древняя. С возрастом же цвет этих животных изменяется и приобретает различные другие окраски.
У буйволов более прогрессивная окраска преобладает среди самцов. У самок и телят задерживается древняя родоначальная окраска. Но коровы с возрастом тоже приобретают темный цвет. По-видимому, подобное явление имело место и у туров, поскольку были заметки о красно-рыжих турах из Передней Азии.
На африканских буйволах легко видеть, как это отмечал Хильц-геймер, что лесные формы более консервативны по окраске и другим признакам, чем степные. И действительно, красный цвет и корот-корогость свойственны лесным африканским буйволам. То же следует сказать и о размерах.
Интересно, что в плейстоцене в Южной Африке существовал буйвол с сильно гипертрофированными рогами. У него были роговые стержни до 2 метров (Bos bahni 5eeley).
А на севере был другой вид быка (Bos (Bubalus) antiquus Duv.), обитавший там при первобытном человеке. О нем говорят, что он был как бы промежуточной формой между азиатскими и африканскими буйволами, а может быть и вообще между разными Bovinae.

Дарвин, ввиду противо- речивости представлений разных авторов его времени о
происхождении домашних овец, отказывался обсуждать этот вопрос и все внимание сосредоточил на их доместикационных изменениях. Поэтому до исследования диких овец Р. Лейдеккером, Н. А. Северцовым, Н. В. Насоновым, В. И. Цалкиным и другими зоологами, нельзя было и ставить этого вопроса. Исходя же из сводок указанных авторов по систематике диких овец, можно высказать взгляды и по поводу первичного одомашнения определенных видов (или подвидов). Ниже мы и приведем мнения по этому вопросу разных авторов, основанные на знании диких и древнейших домашних форм.
Первым, кто постарался с морфологической стороны разобраться в вопросах генеалогической классификации пород, был известный немецкий зоотехник Герман Натузиус. Первоначально он думал дать краниологическую классификацию. Однако сравнительный анализ черепов не дал возможности установить диагностические признаки для отдельных пород. Малый эффект дало и изучение рогов. Оказалось, что ход их спирального изгиба сильно варьирует у представителей одной и той же породы. В качестве примера он приводил данные, полученные на мериносах и цаккелях. У первых даже в одном типе (негретги) рога оказываются изменчивыми. Еще больше это относится к цаккелю. Этих баранов изображают обычно с горизонтальными перекрученными рогами, подобными древнеегипетским. Но одновременно у цаккелей бывают формы и безрогие и с обычной улиткообразной завитостью и все переходные.
Исходя из работы Натузиуса и собственных наблюдений, мы все же можем констатировать по ряду признаков — по строению хвоста, характеру шерстного покрова, плодовитости и др. — значительные различия между некоторыми породами, например между мериносами и северными короткохвостыми. А с другой стороны, значительное сходство обнаруживается в спиралях рогов, в общей их изменчивости у мериносов с цигаями, с казахскими курдючными породами, с каракульскими, что не дает права брать форму рогов за признак родства.
Пожалуй, наибольшее значение в решении проблемы происхождения домашних овец имела книга Конрада Келлера, переведенная на русский язык под названием «Естественная история домашних животных» (1902). Автор принимал три центра одомашнения овец: европейский с родоначальником корсико-сардинским муфлоном (Ov. am. rffusimon); азиатский — со «степной», т. е. усть-уртскимаркалом, и северо-африканский — с гривистым бараном (Ammotraqus lervia). Но гривистые бараны во всяком случае отпадают.
Доказанная Ю. Кюном по опытам в Галле,полная плодовитость гибридного потомства от скрещивания овец разных пород с муфлонами является подтверждением их кровной близости с домашними. Что же касается возможности участия усть-уртского аркала-, то первое указание на это было сделано в 1891 г. А. Нерингом1 и принято Келлером, выводившим от него сардинских, бергамских, мериносовых овец, с одной стороны, и жирнохвостых, курдючных и цаккелей — с другой. Африканский центр одомашнения овец, связывавшийся с гривистым бараном, как мы указывали (стр. 224), отпал. Но не исключена возможность происхождения древних и даже современных африканских пород от настоящих овец, еще в мезолите обитавших в Северной Африке. Родословная схема, предложенная Келлером, в дальнейшем претерпела изменения, заключавшиеся в том, что в родословную были введены крупные овцы аргали (типа Ov. am. amnion). Мнение об участии их в образовании домашних овец было высказано Нерингом и поддержано М. Хильц-геймером как в 1909 , так и в 1926 году. Кроме того, было расширено представление о том, что такую же роль, как и арка л, могли играть и другие ближайшие к нему родичи. За возможность этого высказывались Дюрст (1907) и Антониус (1922). За происхождение курдючных, овец от аргали были и советские авторы (Я- Я- Лус, В. Ф. Румянцев).
Пожалуй, наиболее широкие, представления о родоначальных группах домашних овец дал Хильцгеймер. Так, он объединил с европейскими муфлонами, под именем муфлонообразных, большой круг форм западноазиатских диких овец. Они составили его первую группу. Ко второй он отнес вигнеиобразных баранов, имеющих в рогах начало второй спирали и большие подвесы («гривы»). В эту вторую группу он включил жирнохвостых овец со среднедлин-ными хвостами. К третьей группе — группе крупных аргали Хильцгеймер причислил курдючных овец и барвала Гималаев.
К. Кронахер, в известном многотомном труде по разведению животных (1921), отмечал невозможность выяснения родословной домашних овец в силу многочисленных скрещиваний, имевших место в их эволюции, в их истории.

Африка обладает еще и теперь своеобразными породами овец. Некоторые из них, разводимые населением центральной части, родственны древнеегипетским породам . Для них до н. э. разводили две породы: одну — пастбищную, другую — стойлового содержания с исключительно мягкой и нежной шерстью. Из руна той и другой породы изготовлялись знаменитые тарент-ские ткани. Отсюда, еще во времена римского господства, тонкорунные овцы были завезены в Испанию, Британию, Галлию и другие места. С падением Рима тонкорунные овцы сохранились почти только в Испании. Там они и получили название «мериносов», существовавших наряду с породой хурра . Мериносов делили на странствующих по пастбищам и оседлых. Они не были однородными ни по размеру, ни по руну.
Большое количество разнообразных пород было, по свидетельству Юатта, в Великобритании. Вместе с овцами прилегающих островов там насчитывалось в XVIII в. свыше 35 пород. Впоследствии некоторые из них получили мировую известность и значение: лей-стер, линкольн, ромнимарш, саутдаун, суффольск, шроп-шир, гемпшир и др.
В континентальной Европе тоже было немало местных пород. Из них наиболее известны короткохвостые маршевые овцы и подобные нашим северным — вересковые.
Внедрение мериносов из Испании в Западную и Центральную Европу, начавшееся с середины XVIII в.,сильно изменило породный состав овцеводства. Многие местные породы подверглись скрещиваниям с мериносами и перестали существовать.

Рассмотрим сначала первый очаг древнего животноводства — Северо-Восточную Африку с знаменитой культурой Египта.
Точнее датировать египетские культуры можно начиная лишь с 3 200 года до н. э., т. е. со времени объединения общин — номов и возникновения государств с первой династией фараонов. Эти события произошли в переходное время от неолита к меди и бронзе. В древнем рабовладельческом царстве Египта, обладавшем уже иероглифической письменностью, были города, ирригационное земледелие и разные виды домашних животных: собаки, крупный рогатый скот, свиньи, козы, овцы, ослы, верблюды. Кроме того, было уже несколько видов полуодомашненных антилоп: ориксы, газели, аддаксы, бубалы. Были также и полудомашние птицы: нильские и другие виды гусей, журавли, утки.
Откуда же произошло это богатство домашних и полудомашних животных: появилось ли оно из Азии или же возникло в самой Африке?
О том, что часть животных несомненно африканского происхождения из сопредельных с Египтом районов, говорит существование там таких диких родичей, как собаки, ослы, свиньи, кошки, все виды антилоп, гепарды, гуси, журавли, утки. Но другие виды — крупный и мелкий рогатый скот, верблюды? Могли ли они быть африканскими? Чтобы разобраться в этом вопросе, следует представить себе время палеолита и неолита на африканском материке? особенно в его северной половине (в «Малой Африке»). Несмотря на скудность и отрывочность наших знаний по этому вопросу, основные черты развития здесь палео- и неолитического общества уже выявляются.
Важным фактором, определявшим жизнь в палеолите, был совершенно иной, чем теперь, климат Сахары. Вовремя оледенений Европы и несколько позднее Сахару орошали многочисленные реки, являющиеся теперь безводными руслами — «вади». Горные леса, кустарники и травянистые саванны простирались по Северной Африке и Сахаре. Здесь обитали туры — «древние первобытные быки» (Bos primigenius opisthonomus Pomel) , разные виды коз, овцы — «муфлоны», олени, антилопы, слоны, жирафы, львы и другие звери. Об африканском ареале туров И. И. Соколов (1953) писал, что возможно Северная Африка являлась именно той областью, откуда шло заселение Европы видом primigenius.
От позднего палеолита и мезолита сохранились низкие, широкие холмы —«кухонные кучи» из остатков раковин маллюсков, перемешанных с золой и.древесным углем. В этих кучах сохранились остатки каменных и костяных орудий, кости дикого крупного рогатого скота, газелей, человека.
Такие остатки характерны для побережья Сенегала, области соленых озер Туниса и Капса (Гафса). По последнему месту эпоха эта называется каспийской. Она характеризуется мелкими кремневыми орудиями — микролитами, кремневыми ножами, сверлами, скребками, пилками. Многие орудия были сложные, составлявшиеся из мелких кремневых пластинок, укрепленных смолой в костяной или деревянной основе.
Мужчины занимались охотой на крупную и мелкую дичь, а женщины собирали моллюсков и съедобные корни и плоды.
В конце палеолита или в мезолите здесь,как и в Евразии, появился лук, о чем свидетельствуют находки кремневых наконечников для стрел.
С этой же эпохи появились наскальные изображения. Они или рисовались охрой, или выбивались и выцарапывались заостренным камнем. Много их оказалось и на стенах пещер, служивших человеку жильем. Наскальные рисунки найдены в горах Атласа в алжирской Сахаре и южнее по всей Сахаре, на скалах вдоль русел высохших рек и в ряде заброшенных оазисов у границ Египта и в других местах. Найдены рисунки в Эфиопии, на территории Тан-ганаики и в Южной Африке .
В настоящее время сделаны попытки датировки северных африканских наскальных рисунков. Наиболее интересна для нас датировка рисунков, относящихся к эпохе возникновения животноводства. На древнейших рисунках изображены уже исчезнувшие здесь животные — слоны, носороги, гиппопотамы, первобытные быки и другие формы. Эти рисунки относятся к мезолиту и началу неолита и, во всяком случае, сделаны задолго до образования египетского государства. Сахара тогда еще не была пустынной страной. Чайльд высказал мысль, что превращению Сахары в пустыню содействовали стада домашних животных.
Следующая группа наскальных изображений отнесена ко времени возникновения египетского государства, и рисунки на скалах, лежащих западнее, отличаются от наскальных рисунков восточных областей, где Нил на 2000 км разрезал северную Африку на запад и восток.
На западных скалах нет рисунков животных тропической зоны, зато представлены антилопы, «муфлоны»1, кабаны, ослы и уже одомашненные животные: кор.откорогие быки и коровы; овцы, козы. Изображались и люди: охотники, пастухц и воины с топорами, копьями, дротиками, луками стрелами, щитами. В восточной, нубийской части Северной Африки рисовали длиннорогий скот, и теперь разводимый в верховьях Нила и в Северо-Восточной Африке. На рисунках в Эфиопии и около Харрара изображены антилопы, длиннорогий скот и буйволы с буйволятами, по-видимому, полудомашние. Позднее их в культуре уже не было.
Наскальные рисунки третьего периода изображают не только собак, «муфлонов», антилоп, жираф, страусов, но и лошадей в колесницах. Эти рисунки относятся, примерно, к 1650 году до н. э.

Предложенное мною в заглавии этого раздела деление культур на распространенные преимущественно в субтропиках и в субаркти-ке связано с удобством наибольшего охвата всех общественных формаций в целом, существовавших в описываемых областях.
С самого начала следует сказать, что провести точную границу между территориями, занимаемыми той и другой культурой — невозможно. Этому мешает тесная связь культур и их взаимопроникновение.
К культурам субтропиков мы относим древнейшие рабовладельческие культуры, иногда называемые мощными, — это прежде всего египетскую и месопотамскую. Руководствуясь мнением Г. Чайль-да, 'сюда же следует причислить культуры: переднеазиатскую (всю), Ирана, Инда и, вероятно, юга Средней Азии (Туркмении).
В эпоху развития этих культур, на север от них, существовали культуры, стоявшие на более низкой ступени развития. Позднее в некоторых из этих северных районов также возникали очаги с высокой рабовладельческой цивилизацией. Еще далее на север подобные культуры не создавались и там развитие общества шло медленными темпами.
В Центральной и Восточной Азии границей между территориями с субтропическими и субарктическими культурами условно можно считать цепь центральноазиатских гор.
В Африке же, наоборот, мощными и наиболее развитыми были северные субтропические культуры, на юг от которых в пределах экватора и южного тропика располагались культуры с замедленным развитием. О них известно пока так мало, что мы их почти не касаемся, хотя они и возникли, вероятно, не позднее архаического Египта. Однако уровня развития египетской культуры они не достигли, хотя в некоторых областях Центральной Африки самобытная культура перешла в век металла, подобно тому, что имело место у коренного населения обеих Америк.
Предположения о местах происхождения домашних животных основываются на зоогеографических ареалах их диких родичей.
Поэтому легче решаются вопросы в тех случаях, когда ареал родича-предка был во времена одомашнения небольшим. Это мы видим на таких примерах, как яки, бантенги, куры.
Когда же мы видим, что дикие родичи современного домашнего животного занимали огромные пространства, решение вопроса о начальном центре или центрах его одомашнения становится крайне трудным. Так, например, «первобытные быки» —туры во времена палеолита и неолита были распространены не только в Северной Африке, в Сахаре, в то время еще хорошо орошавшейся дождями и многими реками, но также в Южной и Средней Европе и в Азии. То же следует сказать о диких предках собак, свиней и некоторых других форм.
Для решения вопросов о центрах одомашнения требуется знание зоогеографии диких родичей большинства видов. К сожалению, зоогеографические материалы для того времени не могут быть богатыми и исчерпываются лишь находками в земле костей животных.
Решение вопросов о первичных очагах одомашнения археологи давно пытались найти в тех местах, где раньше всего создались рабовладельческие культуры. Естественно там было ожидать более раннего возникновения неолитической культуры, а следовательно, хронологически более ранних зачатков земледелия и животноводства. Такими районами являлись долины Нила, Тигра и Евфрата, т. е. Северо-Восточная Африка и часть Юго-Западной Азии. Об этих районах, где уже не менее 150 лет ведутся археологические исследования, дает представление карта, взятая нами из работ Г. Чай-льда (1952—1956) . Она иллюстрирует оба названные района — нильский и евфрато-тигрский, где письменная история началась с конца IV тысячелетия до и. э.